Психический фактор

Каждый человек воздействует как на своё здоровье, так и на свою болезнь. Цель этой статьи – показать что больные раком или другими серьезными заболеваниями могут способствовать своему выздоровлению, а здоровые – участвовать в сохранении здоровья.

Мы специально используем выражения “воздействовать”, “способствовать” и т. п., чтобы подчеркнул, ту роль, которую каждый из нас играет в поддержании собственного здоровья. Большинство людей считают, что исцеление – это нечто, что делают с нами, что, если у нас возникают какие-то проблемы со здоровьем, мы ответственны только за то чтобы обратиться к врачу, который нас и будет лечить. В какой-то степени так оно и есть. Но лишь в определенной степени.

Мы воздействуем на свое здоровье не только непосредственно, с помощью физических упражнений и определенного питания, но и через свои представления, чувства, отношение к жизни. Кроме того, реакция человеческого организма на лечение зависит от нашей веры в эффективность лечения и доверия к врачам.

В этой книге мы ни в коей мере не стремимся умалить значение врачей. Скорее, мы хотим рассказать о том, что способен сделать каждый больной, чтобы помочь медицине и обрести желанное здоровье.

Понять, насколько сильно больной может воздействовать на свое здоровье и на свою болезнь – первый и главный шаг к выздоровлению. Для многих наших пациентов он оказался решающим.

Мы – это Карл и Стефани Саймонтон, руководители Далласского центра онкологических исследований и консультаций (штат Техас). Карл – медицинский директор этого центра. По образованию он радиоонколог, врач, специализирующийся на лечении раковых заболеваний. Стефани – психолог. Она отвечает за программы по психологическому консультированию и обучению.

К нам обращаются люди, которым медики сообщили, что их болезнь неизлечима. По американской статистике раковых заболеваний это означает, что таким больным в среднем осталось жить не более года. Эти люди рассчитывали только на помощь медицины, а врачи сообщают, что она бессильна и им осталось жить всего несколько месяцев, после этого пациенты начинают чувствовать себя обреченными, загнанными в ловушку, беспомощными и обычно не обманывают предсказаний своих врачей. Но когда пациенты мобилизуют все свои ресурсы и активно участвуют в борьбе за свое выздоровление, они способны намного продлить отведенный им срок и существенно изменить свою жизнь.

Общие идеи и приемы, описанные в этой книге, отражают подход, применяемый в нашем онкологическом центре для того, чтобы показать больным, как они могут воздействовать на собственное здоровье, чтобы жить полной жизнью. Главное – “воля к жизни”

Почему, страдая одним и тем же заболеванием, одни больные выздоравливают, а другие – умирают? Этот вопрос заинтересовал Карла, еще когда он работал в Медицинском колледже при Орегонском университете. Тогда же он обратил внимание, что иногда пациенты, утверждавшие, что хотят жить, вели себя так, словно жизнь им была в тягость. Больные раком легких, например, не бросали курить, а те, у кого был рак печени, продолжали пить. Были также больные, которые своевременно не приходили на назначенное лечение.

Медицинский прогноз развития заболевания многих из этих пациентов свидетельствовал о том, что если они будут лечиться, то у них впереди еще много лет жизни. Но снова и снова утверждая, что у них есть бесконечное количество причин, чтобы жить, эти пациенты находились в состоянии большей апатии, подавленности и готовности отказаться от борьбы, чем некоторые смертельно больные.

Среди последних были люди, которых выписывали из больницы после минимального лечения, не надеясь, что они доживут до следующей назначенной встречи, но они еще многие годы являлись раз в полгода или в год на очередное обследование и, вопреки всякой статистике, оставались в достаточно хорошей физической форме.

Когда Карл спрашивал их, чем они объясняют свое хорошее самочувствие, они отвечали что-то вроде: “Я не могу умереть, пока мой сын не закончит колледж”, “Без меня вся работа остановится” или “Я не могу умереть, пока не разрешу все проблемы с дочерью”. В этих объяснениях красной нитью проходила вера, что они имеют какое-то влияние на течение болезни.

Основная разница между ними и теми пациентами, которые не хотели сотрудничать с врачами, состояла в их отношении к своей болезни, к жизни вообще. По тем или иным причинам пациенты, у которых все шло хорошо, имели более сильную “волю к жизни”. Это открытие нас просто поразило.

Стефани специализировалась по вопросам мотивации и занималась людьми, добивающимися успеха в своем деле – теми, кому, казалось, самой судьбой было предопределено достичь наибольших высот. Она изучала поведение наиболее известных людей такого типа и затем обучала людей с обычными способностями принципам такого поведения. Нам показалось логичным применить подобный подход к исследованию онкологических больных: изучить то, что было общего у тех, чьи дела шли хорошо и чем они отличались от пациентов, у которых дела шли неважно.

Если разница между выздоровевшими пациентами и теми, кому не удалось этого сделать, частично состоит в их отношении к болезни, а также в вере, что они могут на нее воздействовать, то каким образом, рассуждали мы, можно повлиять на формирование у наших пациентов такой положительной установки? Нельзя ли использовать приемы мотивационной психологии, чтобы выработать и укрепить у них “волю к жизни”? Примерно с 1969 г. мы стали интересоваться всеми существующими для этого методами и изучили применение таких разных психологических методик, как дискуссионные группы, групповая психотерапия, медитация, работа по усилению воображения и позитивного мышления, различные методы усиления мотивации, биологическую обратную связь и курсы по “развитию мышления” и “мыслительной динамики” по методу Хосе Сильвы.

Изучая биологическую обратную связь (БОС), мы узнали, что существуют приемы, позволяющие людям воздействовать на происходящие в их организме внутренние процессы, например частоту пульса и артериальное давление. Один из основных аспектов БОС – работа со зрительными образами – являлась одновременно составной частью других изучавшихся нами приемов, и чем больше мы узнавали обо всем этом, тем больше росло наше любопытство.

Вкратце работа со зрительными образами сводится к тому, что человек в состоянии релаксации должен мысленно представить себе желаемую цель или результат. В случае с онкологическими заболеваниями это означает, что больным нужно зрительно представить себе сам рак, то, как лечение разрушает его и, самое главное, как естественный защитный механизм помогает организму выздороветь. Посоветовавшись с двумя ведущими специалистами по БОС – Джо Камиа и Элмером Грином из клиники Менненджера, мы решили применить методику БОС для работы с онкологическими больными.

Первый пациент: удивительный пример

Первому пациенту, на котором мы опробовали наши новые идеи, был 61 год. Он поступил в клинику при медицинском институте в 1971 г. с одной из форм рака гортани, которая обычно не поддается лечению. Пациент был очень слаб, его вес уменьшился с 60 до 45 кг, ему было трудно глотать слюну и дышать. Его шансы прожить больше пяти лет оценивались менее, чем в 5 %.

Врачи клиники сомневались, стоит ли вообще его как-то лечить, поскольку это принесло бы ему новые страдания, не повлияв сколько-нибудь значительно на саму опухоль. Отправляясь на первую встречу с этим больным, Карл был твердо намерен постараться привлечь его к участию в лечении. Это был как раз тот случай, когда оправданы чрезвычайные меры. Карл начал с того, что объяснил пациенту, каким образом он сам может повлиять на течение заболевания.

Затем, основываясь на уже собранных нами к тому времени сведениях, Карл наметил программу релаксации и работы с воображением. Больному предстояло выделить время, чтобы трижды в день – утром, как только проснется, днем, после обеда, и вечером, перед сном – посвящать от пяти до 15 мин определенным упражнениям, во время которых он должен был, сидя в удобном положении, сосредоточиться на мышцах своего тела и, начиная с головы и постепенно опускаясь вниз до самых стоп, мысленно отдавать приказ каждой группе мышц расслабиться. Затем, уже в расслабленном состоянии, он должен был представить себя сидящим в каком-то тихом, приятном месте – под деревом, у ручья или в любой другой подходящей обстановке – и, оставаясь там столько, сколько ему покажется необходимым, стараться как можно отчетливее представить свою опухоль – в любой форме, какую она примет в его воображении.

Затем Карл просил его представить себе, что его лечение – радиотерапия – заключается в потоках миллионов крохотных зарядов энергии, которые на своем пути поражают все клетки организма – и нормальные, и раковые. Но, продолжал Карл, раковые клетки слабее и менее организованны, чем нормальные, и, в отличие от последних, не могут восстановиться после нанесенного им ущерба. Поэтому нормальные клетки остаются здоровыми, а раковые погибают.

После этого Карл просил пациента нарисовать в своем воображении последний и самый важный этап: к раковым клеткам устремляются лейкоциты. Они подбирают погибшие и умирающие раковые клетки и через печень и почки выводят их из организма. Пациент должен был мысленно представить себе, как раковая опухоль уменьшается в размере и к нему возвращается здоровье. Выполнив такое упражнение, он мог снова заниматься обычными делами.

То, что происходило с этим пациентом, не поддавалось никакому сравнению с тем, что обычно наблюдалось при использовании только традиционных методов лечения. Радиотерапия проходила на редкость успешно, у больного почти не было побочных реакций ни на коже, ни на слизистых рта и горла. Уже к середине курса он снова смог есть, окреп и прибавил в весе.

Раковая опухоль становилась все меньше.

Больной говорил, что на протяжении всего курса лечения – радиотерапии, совмещенной с работой воображения, – он только однажды пропустил сеанс работы со зрительными образами. Это случилось в тот день, когда он отправился с другом покататься на машине и они застряли в дорожной пробке. Он тогда очень рассердился и на себя, и на друга, потому что чувствовал, что, пропуская даже один сеанс, теряет контроль за своим состоянием.

Хотя работа с этим пациентом нас воодушевляла, одновременно мы испытывали и страх. Возможности, которые, казалось, открывал перед нами новый метод лечения, намного превосходили все, к чему подготовило Карла его медицинское образование.

Дела у нашего пациента шли хорошо, и, наконец, спустя два месяца у него исчезли все признаки рака. Он был уверен, что может повлиять на течение болезни, и мы убедились в этом, когда уже ближе к концу курса он сказал: “Доктор, в самом начале я не мог бы обойтись без вас. Теперь же я думаю, что даже если бы вас вдруг не стало, я все равно бы смог справиться сам”.

После того как он избавился от рака, этот пациент решил попробовать таким же образом избавиться от артрита, который мучил его в течение многих лет. Он представлял себе, как белые кровяные тельца разглаживают поверхности его суставов на руках и ногах, шлифуя все неровности и шероховатости до тех пор, пока поверхности снова не становились гладкими и блестящими. Симптомы артрита стали заметно ослабевать, и, хотя время от времени он все-таки давал о себе знать, наш пациент стал чувствовать себя настолько лучше, что смог регулярно ловить рыбу, стоя в ручье, на что не каждый человек может решиться даже без артрита.

Кроме того, он решил использовать релаксацию и работу с воображением для того, чтобы повлиять на свою сексуальную жизнь. Несмотря на то что уже 20 лет он страдал импотенцией, через несколько недель после начала упражнений ему удалось полностью возобновить сексуальную активность, и эта способность сохранялась у него в течение еще шести лет.

Нам очень повезло, что результаты этого первого случая были настолько убедительны. Когда мы стали открыто говорить в медицинских кругах о своем опыте и о том, что пациенты в состоянии воздействовать на течение заболевания гораздо сильнее, чем мы думали раньше, реакция врачей оказалась резко отрицательной. Нередко мы и сами начинали сомневаться в собственных выводах – ведь, как и все остальные люди, особенно те, кто получил медицинское образование, мы привыкли думать, что болезнь – это нечто, что “случается” с человеком, и он не в состоянии психологически управлять ее течением; что едва ли можно говорить о каких-то значительных причинно- следственных связях между заболеванием и тем, что происходит в остальных сферах жизни человека.

Как бы то ни было, мы продолжали использовать наш новый подход к лечению онкологических заболеваний. И хотя это не всегда приводило к существенным изменениям в течении самой болезни, но всегда сильно изменяло реакцию пациентов на лечение. Сегодня, спустя семь лет после лечения первого пациента Карла, помимо работы с воображением мы используем ряд дополнительных приемов, апробированных в госпитале военно-морской базы в Трависе, где Карл возглавлял отделение радиотерапии, а позже – в нашем центре в Форт-Уорте. Эти приемы описаны во второй части книги.

Целостный подход к лечению рака

В людях живет такой сильный страх перед раком, что как только они узнают, что у них болезнь онкологического характера, очень часто это становится главной характеристикой таких людей. Человек может выполнять в жизни огромное число ролей: быть родителем, начальником, возлюбленным, может обладать какими угодно качествами – умом, обаянием, чувством юмора, но с этой минуты он становится “раковым больным”. Вся его человеческая сущность вдруг заменяется одним – болезнью. Все окружающие, часто включая и лечащего врача, замечают только одно – физический факт онкологического заболевания, и все лечение адресуется исключительно телу человека, но не его личности.

В центре нашей теории лежит представление о том, что болезнь – это не чисто физическая проблема, это проблема всей личности человека, состоящей не только из его тела, но разума и эмоций. Мы полагаем, что эмоциональное и интеллектуальное состояние играет существенную роль как в восприимчивости к болезням, включая рак, так и в избавлении от них. Мы считаем, что часто рак свидетельствует о том, что где-то в жизни человека имелись нерешенные проблемы, которые усилились или осложнились из-за серии стрессовых ситуаций, произошедших в период от полугода до полутора лет до возникновения рака. Типичная реакция онкологического больного на эти проблемы и стрессы заключается в ощущении своей беспомощности, отказа от борьбы. Эта эмоциональная реакция приводит в действие ряд физиологических процессов, которые подавляют естественные защитные механизмы организма и создают условия, способствующие образованию атипичных клеток.

Далее мы постараемся показать, почему с такой уверенностью придерживаемся этих представлений. Если они верны, то тогда в борьбе с болезнью и врачи, и пациенты должны учитывать не только то, что происходит на физическом уровне, но и, что особенно важно, все, происходящее в остальной жизни человека. Одно только физическое воздействие может не привести к успешному результату. Эффективная программа лечения должна обращаться к человеку в целом, а не фиксироваться только на болезни. В противном случае это будет напоминать попытки справиться с эпидемией малярии только при помощи хины, не осушая канав, в которых размножаются малярийные комары.

Результаты нового подхода

Через три года, в течение которых мы обучали своих пациентов использовать разум и чувства для изменения характера течения злокачественных заболеваний, мы решили проанализировать результаты применения нашего метода и научно оценить его эффективность, доказав тем самым, что подобное эмоциональное воздействие действительно влияет на результаты лечения.

Мы начали с группы пациентов, которые традиционной медициной были признаны неизлечимыми. Считается, что такие больные живут в среднем не более года.

В последние четыре года мы работали со 159 пациентами, у которых диагноз свидетельствовал о неизлечимом онкологическом заболевании. Из них 63 живы и по сей день. В среднем они прожили 24, 4 мес. после того, как был поставлен указанный диагноз. По американским стандартам среднестатистическая продолжительность жизни для этой группы больных составляет 12 мес. В контрольной группе больных со сходными заболеваниями продолжительность жизни в среднем соответствует общенациональным данным, то есть она в два раза меньше, чем у наших пациентов. У тех из наших больных, которые все-таки умерли, продолжительность жизни составила 20, 3 мес. Другими словами, пациенты нашей группы, которые до сих пор живы, уже прожили в два раза дольше, чем те, кто лечился только традиционными методами. Даже умершие жили в полтора раза дольше представителей контрольной группы.

К январю 1978 г. у оставшихся в живых пациентов наблюдали следующее:

Показатели у пациентов в %

Отсутствие признаков заболевания 14, 222%

Регрессивное развитие опухоли 12, 191%

Стабилизация заболевания 17, 271%

Рост новой опухоли 20, 318%

При этом не следует забывать, что всех (100%) больных считали неизлечимыми.

Comments on this entry are closed.